Суровая брань за душу России

45107Сражение при Молодях – неизвестная битва, определившая будущее европейской цивилизации

«В лето 7080-го… приходил крымской царь на Русь с великим собранием. И на Молодех у Воскресения Христова крымскаго царя побили» («Повесть о бою воевод московских с неверным ханом». XVI в.).

В конце июля 1572 года в 50 верстах южнее Москвы произошла величайшая битва, определившая будущее евроазиатского континента на много десятилетий вперед.

В кровавом пятидневном сражении сошлись русские войска под предводительством князей Михаила Воротынского и Дмитрия Хворостинина и армия крымского хана Девлета Гирея, включавшая, помимо собственно крымских войск, турецкие и ногайские отряды.

В том сражении, унесшем более ста тысяч жизней, решалась не только судьба Руси – речь шла о судьбе всей европейской цивилизации. Но мало кто, помимо профессиональных историков, знает об этой битве.

На Русь хан шёл, чтоб ею править,

Не воевать, а покорять…

Хотел навеки Русь ославить

И в рабство русичей всех взять…

Сдать Русь? Об этом нет и речи!

Под Молодью в страшнейшей сечи

Сошлись два войска: янычары,

Ногайцы, турки и татары,

Напротив – наши, гой еси,

Защитники Святой Руси!

И шли в смертельные атаки

Стрельцы, Опричники, Казаки –

Руси достойные сыны!

Русь и Европа спасены!

Виталий Иванов

Вот что пишет об этой битве отнюдь не дружественный нам ресурс – интернет-энциклопедия Википедия:

«Битва при Молодях или Молодинская битва – крупное сражение, произошедшее между 29 июля и 2 августа 1572 года в пятидесяти верстах южнее Москвы. В битве участвовали русские войска под предводительством князей Михаила Воротынского и Дмитрия Хворостинина и армия крымского хана Девлета Гирея.

Несмотря на значительное численное превосходство, крымско-турецкая армия была обращена в бегство и почти полностью перебита.

Геополитическое значение победы при Молодях в условиях Ливонской войны было колоссальным. Отражение крымско-турецкого похода, целью которого было подчинение ослабленного русского государства, позволило России отстоять независимость, сохранить единство территории, завоевания предыдущих лет, а также контроль над Казанью и Астраханью…».

Однако вспомним, что предшествовало этим событиям.

Прекрасно обученные, дисциплинированные, османские воины шаг за шагом теснили разрозненные, плохо вооруженные формирования европейских государей, осваивая для империи все новые и новые «дикие» земли. К концу XV века на европейском континенте им принадлежала Болгария, к началу XVI века – Греция и Сербия, к середине века граница отодвинулась до Вены, турки приняли под свою руку Венгрию, Молдавию, знаменитую Трансильванию, начали войну за Мальту, опустошили побережья Испании и Италии.

Начиная с 1475 года, в состав Османской империи входило Крымское ханство. Крымский хан назначался и смещался султанским фирманом, приводил свои войска по приказу Великолепной Порты либо начинал военные действия против кого-то из соседей по приказу из Стамбула; на Крымском полуострове находился султанский наместник, а в нескольких городах стояли турецкие гарнизоны (Александр Прозоров, портал «Адамант»).

В 1571 году крымский хан Девлет Гирей, в союзе с заклятым врагом Руси Речью Посполитой, во главе 40-тысячной армии вторгается в Московию.

Изменник князь Милославский послал своих людей показать крымскому хану, как обойти засечную черту (оборонительные укрепления) с запада. Татары прорвались до самой Москвы, взяли город, разграбили и сожгли (только Кремль уцелел), и, забрав огромное количество пленных, ушли в Крым. Крымчакам казалось, что Россия – кончилась.

Москва сгорела дотла, убитых было столько, что их невозможно было похоронить. Трупы просто сваливали в реку и отталкивали палками от берегов, чтобы плыли вниз по течению, по Волге, мимо Казани и Астрахани, в Каспий (Вячеслав Манягин «Правда Грозного царя». Politikus.ru).

Опасаясь нового вторжения татар, Иван Грозный летом 1571 года начал обустраивать Новгород как свою временную резиденцию, более безопасную на случай нового вторжения татар, чем разрушенная Москва.

Особенный размах эти работы приобрели с конца декабря того же года, когда самодержец прибыл в Новгород «на свийские немцы» и привез с собой свою казну, которую еженощно охраняли 500 стрельцов («Новгородские летописи»).

 На месте Ярославова Дворища был построен дворец площадью 14,5 га, а также проведены масштабные работы по благоустройству города. В Новгород были перевезены Царская семья, все государственные службы.

ПОХОД КРЫМСКИХ ТАТАР 1572 ГОДА

В 1572 году Московское государство опустошал голод (следствие неурожаев, вызванных засухой и холодами), продолжалась эпидемия чумы. В Ливонской войне русская армия потерпела тяжелое поражение под Ревелем, большая часть войска находилась в Прибалтике и на других западных рубежах. Русская столица казалась крымчанам легкой добычей. Её старые укрепления были уничтожены пожаром, а новые, наспех возведенные, не могли полностью их заменить.

И уже в 1572 году Девлет Гирей собирает невиданную по тем временам военную силу – 120 000 человек, в числе которых 80 тысяч крымчан и ногайцев, а также 7 тысяч лучших турецких янычар с десятками артиллерийских стволов – элитные войска, имеющие богатый опыт ведения войн и захвата крепостей. Союзниками крымского хана выступили многие адыгейские князья с Северного Кавказа.

Теперь коснемся численности войска, оказавшегося под началом воеводы князя М. И. Воротынского, его структуры и качественного состава.

В полковой росписи «береговой» рати дьяки Разрядного приказа указали, казалось бы, совершенно точную цифру численности полков, которые должны были сразиться с татарами летом 1572 года – «всего во всех полкех со всеми воеводами всяких людей 20 034 чел., опричь Мишки с казаки». Детально расписанные по полкам, эти сведения представляются достаточно точными, не внушающими сомнений, а потому широко использовались различными авторами и проникли в художественную литературу. Однако сомнения относительно их точности были высказаны достаточно давно. Так, Р. Г. Скрынников полагал, что русское войско могло насчитывать до 30–40 тыс. ратников, В. П. Загоровский определял его численность в 50 тыс. чел., А. А. Зимин с оговоркой писал о 73 тыс. русских воинов (Пенской В. В. «Иван Грозный и Девлет-Гирей»).

Отправляясь в поход, Девлет Гирей заявил, что «едет на Москву на царство».

Турки обладали в то время наиболее передовой для своего времени регулярной профессиональной армией. Ее костяк составлял так называемый янычарский корпус. В XVI веке он практически полностью формировался из купленных или захваченных в плен мальчиков, юридически являвшихся рабами султана. Все они проходили качественное воинское обучение, получали хорошее вооружение и превращались в лучшую пехоту, какая только существовала в Европе и средиземноморском регионе. Численность корпуса достигала 100 000 человек. Кроме того, империя имела вполне современную феодальную конницу, которая формировалась из сипахов – владельцев земельных наделов.

В предвкушении легкой победы заранее пошла «делёжка шкуры неубитого медведя»: в русские города назначались мурзы, в еще не покоренные княжества – наместники, заранее делилась русская земля, а купцы получали разрешение на беспошлинную торговлю.

Осваивать новые земли собрались все мужчины Крыма от мала до велика.

В ожидании нового нашествия русские к маю 1572 года собрали на южной границе объединенное опричное и земское войско. В разных источниках количество воинов у русских исчисляется от 20 до 70 тысяч человек. Во главе войска стояли воевода князь Михаил Иванович Воротынский и опричный воевода князь Дмитрий Иванович Хворостинин.

Полководцы расположили основные силы под Коломной, прикрыв подходы к Москве со стороны Рязани. Они учли также возможность повторного вторжения с юго-запада, из района Угры. На этот случай воеводы выдвинули на крайний правый фланг в Калугу передовой полк князя Хворостинина. Вопреки традиции передовой полк по численности превосходил полк правой и левой руки. Хворостинину был придан подвижный речной отряд для обороны переправ через Оку. Сам Иван Грозный, как и в прошлом году, покинул Москву и отбыл вместе со свитой в сторону Великого Новгорода.

Вторжение началось 23 июля 1572 года.

Подвижная ногайская конница устремилась к Туле и на третий день попыталась перейти Оку выше Серпухова, но была отбита от переправ русским сторожевым полком. Тем временем хан со всей армией вышел к главным серпуховским переправам через Оку. Русские воеводы ждали противника за Окой на сильно укрепленных позициях. Натолкнувшись на прочную оборону, Девлет I возобновил атаку в районе Сенькина брода выше Серпухова. В ночь на 28 июля ногайская конница захватила переправы, в бою погибли две сотни дворян, не отступивших перед огромным войском под командованием Теребердей-мурзы. Развивая наступление, ногайцы за ночь ушли далеко на север, достигли окрестностей современного Подольска у реки Пахры и, перерезав все дороги, ведущие в Москву, остановились в ожидании главных сил (Скрынников Р. Г. «Иван Грозный»).

Под утро к месту переправы подоспел князь Хворостинин с передовым полком. Но, столкнувшись с главными силами крымского войска, он уклонился от боя. Вскоре полк правой руки попытался перехватить нападавших в верхнем течении реки Нары, но был отброшен. Девлет Гирей вышел в тыл русской армии и по Серпуховской дороге стал беспрепятственно продвигаться к Москве. Арьергардами командовали сыновья хана с многочисленной и отборной конницей. Передовой русский полк следовал за крымскими царевичами, выжидая благоприятный момент.

РЕШАЮЩАЯ БИТВА

Основные позиции русских войск находились у Серпухова. Гуляй-город представлял собой щиты в полбревна толщиной, размером со стену сруба, укреплённые на телегах, с бойницами для стрельбы и составленные кругом или в линию. Русские воины были вооружены пищалями и пушками.

Опричник Дмитрий Хворостинин, возглавлявший пятитысячный отряд из казаков и бояр, крался по пятам татар и 30 июля 1572 года получил приказ атаковать врага.

Ринувшись вперед, он насмерть втоптал в дорожную пыль татарский арьергард и у реки Пахры врезался в основные силы. Опешившие от подобной наглости татары развернулись и бросились на отряд русских всеми своими силами. Русские отступили, а враги, устремившись за ними, преследовали опричников до самой деревни Молоди.

И тут захватчиков поджидал неожиданный сюрприз: русская армия стояла уже здесь. И не просто стояла, а успела соорудить гуляй-город. Из щелей между щитами по степной коннице ударили пушки, из прорубленных в бревенчатых стенках бойниц громыхнули пищали, а поверх укрепления хлынул ливень стрел. Дружный залп смел передовые татарские отряды, словно рука, смахнувшая с шахматной доски пешки…

Татары смешались, а Хворостинин, развернув своих казаков, снова ринулся в атаку.

Османы волна за волной шли на штурм неведомо откуда взявшейся крепости, но их конные тысячи одна за другой попадали в жестокую мясорубку и обильно поливали русскую землю своею кровью.

В тот день только опустившаяся тьма остановила бесконечное смертоубийство.

Утром следующего дня Девлет Гирей с ужасом осознал, что его войско угодило в смертельную ловушку и речь сейчас идет не о завоевании Руси, а о спасении собственной шкуры. Впереди, по Серпуховской дороге, стояли прочные стены Москвы, а пути отхода в степь перекрывали закованные в железо опричники и стрельцы.

К третьему дню битвы, когда стало ясно, что русские скорее погибнут все, но не отступят, Девлет Гирей приказал встать в пеший строй конникам и идти всей ордой на штурм гуляй-города. Татары прекрасно понимали, что на сей раз им приходится спасать свою жизнь, и потому дрались отчаянно, лезли на неприступные стены, не считаясь с потерями. Весь день кровь лилась рекой, но к вечеру гуляй-город продолжал все так же стоять на прежнем месте.

Ранним утром 3 августа 1572 года, когда татарская орда пошла в решающую атаку, в спину ей совершенно неожиданно ударили полк Воротынского и опричники Хворостинина, и одновременно с этим из гуляй-города на штурмовавших османов обрушился мощный залп из всех орудий.

И то, что начиналось как битва, мгновенно превратилось в избиение.

На поле у деревни Молоди были порублены без остатка все семь тысяч турецких янычар. Под русскими саблями полегли не только сын, внук и зять самого Девлет-Гирея – там Крым потерял практически все боеспособное мужское население поголовно. От этого поражения он так и не смог оправиться, что предопределило в дальнейшем его вхождение в Российскую империю.

Несмотря на почти четырехкратное превосходство в живой силе, от 120-тысячного войска хана не осталось почти ничего – в Крым вернулись всего 10 тысяч человек. 110 тысяч крымско-турецких захватчиков нашли свою смерть в Молодях. Такой грандиозной военной катастрофы история того времени не знала. Лучшая армия в мире попросту перестала существовать. Потери русских – 4–6 тысяч ранеными и убитыми.

В 1572 году спасена была не только Россия. В Молодях была спасена вся Европа – после такого разгрома о турецком завоевании континента речи быть уже не могло.

На Дону и Десне пограничные укрепления были отодвинуты на юг на 300 километров, непродолжительное время спустя были заложены Воронеж и новая крепость в Ельце – началось освоение богатых чернозёмных земель, ранее принадлежавших Дикому полю. Битва при Молодях – не только грандиозная веха Русской истории. Битва при Молодях – одно из величайших событий Европейской и Мировой истории.

Возможно, именно поэтому она была так тщательно «забыта» европейцами, которым важно по- казать, что это именно они разгромили турок, этих «сотрясателей Вселенной», а не какие-то русские.

Серьёзные исследования на тему битвы при Молодях начали предприниматься только в конце XX века.

Николай Лудников

Фото портала «ДЕРЖАВА СЕГОДНЯ»

«Колокол Севера» №2(79) март 2018 г

Начало «Колокол Севера» № 6 (77) 2017 г.,  «Колокол Севера» № 1 (78) 2018 г.)


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *