Прочное, но ещё не достроенное здание Людмилиного благополучия, которое она возводила на протяжении всей своей жизни, дрогнуло. Напряглись опоры фундамента, обречённо звякнули стёкла светлых окон и по стене, едва различимая, поползла трещина. Упругая волна, грозившая разрушить строение, исходила из рентгеновского снимка, лежащего на рабочем столе. Здесь, над тенью сердца её сына, нежно клубилась дымка с едва различимой дорожкой вниз. Она была похожа на воздушный шарик, который кто-то невидимый держал за тонкую верёвочку. На рентгенограмме была картина туберкулёза лёгких. Сомнений не было никаких, но Людмила, надеясь, что кто-нибудь опровергнет её страшное предположение, набрала номер рентгенологического кабинета. Через несколько минут прибежали коллеги. Снимок просмотрело несколько пар внимательных и опытных глаз, но диагноз, поставленный Людмилой, отвергнут, не был. Посещение фтизиатра только усилило тоску. Диагноз был ясен. Предстояло лечение в лесной школе в Крыму и мечту о поступлении сына в институт нужно было оставить. Маячили кардинальные перемены в жизни вплоть до смены места жительства, и вся семья пребывала в тревожном ожидании этих перемен.
Однажды вечером забежала подруга и выпалила с порога: «Собирайтесь! Завтра едем к Старцу! Поезд в 5 утра». Людмила была крещёной, ходила в церковь, но как человек только что пришедший к вере многое ещё не понимала. Она полностью доверилась своей глубоко верующей подруге и быстро собралась с сыном в дорогу. Читать далее "Обет" →
Редкий великопостный звон разбивает скованное морозом солнечное утро, и оно будто бы рассыпается от колокольных ударов на мелкие снежные крупинки. Под ногами скрипит снег, как новые сапоги, которые я обуваю по праздникам.
